Одесский обозреватель » ""Главные новости, Людмила Владимирова, Одесса новости, Приморский район г. Одесса, Статьи об Одессе » Людмила Владимирова. «Хохочет он, заслышав русский плач…»

Людмила Владимирова. «Хохочет он, заслышав русский плач…»

Так, Татьяна, так… К счастью, гордости, или – к сожалению, но провидческая суть истинно-русской поэзии очевидна.

Татьяна Глушкова рано ушла от нас, в 2001-м, но кто из нелишенных чести, хранящих душу свою, поверит, что эти строки – не по поводу распятой на одесском асфальте «тени Пушкина»? –

…Хитер он, твой бессмысленный палач!
Он душит то забвеньем, то любовью.
Он смрад клубит к святому изголовью,
хохочет он, заслышав русский плач.

… Он храм откроет подле кабака,
мелькнет в бедламе патриаршья митра.
А я мечтаю, что твоя рука
сжимает меч, а не поля цилиндра.

Как бесы в полночь, разгулялась чернь.
Ей трын-трава само скончанье света:
стяжает звезд нерукотворных зернь,
вбивает в землю отчий град поэта.

И знаю я, что тленья убежит –
навек вольна! – душа в заветной лире, –
а всё невмочь, когда в дневном эфире,
в подлунном, с л о в о м просветленном мире
когтистый вран над Гением кружит!

Кружит! Мир, просветленный Божиим Словом, чернь («Чернь ходит в лакированнызх сапогах» – В. Розанов) намерена превратить в затхлый, подлый мирок купли-продажи всего и вся! Курс – на измор!

Сегодня, в преддверии 177-летней годовщины трагической гибели А.С. Пушкина не могу не вспоминать и не напомнить:

Конечно, презирать не трудно
Отдельно каждого глупца,
Сердиться также безрассудно
И на отдельного страмца…

Или:

«Я очень знаю меру понятия, вкуса и просвещения этой публики. Есть у нас люди, которые выше ее; этих она недостойна чувствовать; другие ей по плечу; этих она любит и почитает» (Н.И. Гнедичу).

«Конечно, вольно собаке и на владыку лаять, но пусть лает она на дворе, а не у тебя в комнатах» (А.А. Дельвигу).

Как же оказалось избыточно глупцов, страмцов и прочей публики, позволяющей «собаке и на владыку лаять» в своей – нашей! – «комнате»!

Однако, продолжаю свой отчет. Заметьте, – без кавычек.

Я остановилась на том, что познакомила вас, уважаемые одесситы, с письмом в Министерство культуры Украины на имя министра Л.М. Новохатько, с ответом директора департамента культурного наследия и культурных ценностей А.М. Винграновского, из которого ясно следовало, что в деле установки «памятного знака» «Тень Пушкина» был нарушен Закон Украины (Одесский обозреватель; Вечерняя Одесса).

Что – дальше?

Спасибо, Т.Ю. Маркова – директор департамента культуры и туризма не стала копировать свое письмо от 04.10.2013. Так, кое-что повторено в письме от 09.01.14. Татьяна Юрьевна все-таки допускает, що має справу з недотепою… Есть и дополнения. Существенные.

Исходя из убеждения: «Народ должен знать своих героев» – цитирую:

«Установку памятного знака поддержали такие известные одесситы, как вице-президент Всемирного клуба одесситов, почетный член Союза художников Украины, журналист Евгений Голубовский, известный коллекционер и исследователь старой Одессы Анатолий Дроздовский, заслуженный работник культуры Украины, доктор искусствоведения, профессор Евгений Лукашов, заместитель председателя Одесского отделения Украинского Фонда культуры, заслуженный работник культуры Украины Тарас Максимюк, главный редактор альманаха «Дерибасовская-Ришельевская» Феликс Кохрихт, главный редактор журнала «Фонтан», писатель Валерий Хаит, а также многие другие представители культурной общественности города».

Забегая несколько вперед, спешу сообщить, что из лиц, перечисленных выше, только Тарас Максимюк и Феликс Кохрихт фигурируют в числе 30-ти подписантов «Открытого письма» Оргкомитета Международных поэтических фестивалей «Пушкин в Британии» и «Пушкинская Осень в Одессе», принятого на заседании городского Литературного объединения «Зеленая лампа» (всего, по информации авторов письма, его подписали 135 человек).

Письма, направленного в адрес «председателя подкомитета по вопросам охраны и популяризации культурного наследия Комитета Верховной Рады Украины по вопросам культуры и духовности А.М. Бригинца». А также – «копии: в Одесский городской совет, в историко-топонимическую комиссию, в СМИ». Мы тщетно искали его на сайтах.

Но буду последовательна.

На вопрос о результатах обращения в облгосадминистрацию к Н.Л. Скорику, которому были посланы и ксероксы листов с 306-тью подписями одесситов, возмущенных надругательством над Памятью Поэта и честью, достоинством Одессы, отвечаю:

Получила ответ из Управления охраны объектов культурного наследия от 11.01.14 за подписью начальника Управления Н.А. Штербуль. А также, копии писем: а) заместителя начальника Управления культуры и туризма Одесской областной государственной администрации Е.В. Олийник в адрес Управления охраны объектов культурного наследия облгосадминистрации (10.01.2014), и – б) начальника Управления охраны объектов культурного наследия Н.А. Штербуль в адрес начальника Управления культуры и туризма национальностей и религий облгосадминистрации В.Н. Станкова (11.01.14).

Ограничусь резюме. Е.В. Олийник: «На наш погляд, разом з дотриманням процедури встановлення пам’ятних знаків та меморіальних дошок в м. Одеса, подібні рішення необхідно виносити на широке громадьске обговорення, що дозволяє уникнути незадоволення та масових протестів. Вважаємо за доцільне рекомендувати Одеській міській раді переглянути рішення історико-топонімної комісії та винести питання про пам’ятний знак «Тінь Пушкіна» на громадське обговорення».

Спасибо, Елена Владимировна, но как Вам видится сегодня «громадське обговорення»?

Наталья Анатольевна Штербуль также просит Владислава Николаевича Станкова «здійснити заходи по організації громадського обговорення з метою остаточного вирішення по зазначеному питанню», обещая «необхідну допомогу в межах власних повноважень».

О том же – и в письме ко мне: «враховуючи неоднозначне відношення громадськості», «вважає за доцільне винести питання на громадське обговорення», а профильному управлению «здійснити заходи по організації громадьского обговорення з метою остаточного вирішення по зазначеному питанню».

Искренне благодарна за уважительный тон писем. К сожалению, не смогла попасть на прием к Николаю Леонидовичу Скорику: ни 27-го, ни 28-го (день назначенного приема) дозвониться, как было предложено, не смогла. Телефон не отвечал. Да и вряд ли прием был: это дни – известного противостояния, угрозы захвата областной администрации. Было бы крайне глупо: «Що кому, а курці просо»…

Хотя и без того иногда говорю себе, цитируя Т.Г. Шевченко:

…Ви розумні люди –
А я дурень; один собі,
У моїй хатині
Заспіваю, заридаю,
Як мала дитина.
Заспіваю, – море грає,
Вітер повіває,
Степ чорніє, і могила
З вітром розмовляє…

Встретить бы его 200-летие 9 марта без этого пятна на лице Одессы!…

Осталось известить вас, уважаемые читатели, что, оказывается, «тенью Пушкина» инициаторы, организаторы не намерены ограничиться! В перспективе подобные «знаки» планируются, по меньшей мере, еще в пяти местах центра города и обозначат так называемый «Пушкинский маршрут». Дадут «возможность организации акции, соразмерной с «Днем Блума» (Джойса) в Дублине». И этот «туристический маршрут» «будет жить ежедневно»! Это – «масштабный историко-культурный проект», который поэтапно осуществляется Оргкомитетом «при активном участии общественных и культурных формирований и граждан Одессы, Украины, России и русского зарубежья».

А мы-то, оказывается, «по политическим мотивам спекулятивно» муссируем «вопрос о демонтаже арт-объекта»! Мы – «те, кто ставит палки в колеса столь полезному для Одессы начинанию, предумышленно или по недомыслию вредят собственному городу, подрывают его авторитет».

Авторы письма призывают всех «здравомыслящих» «поддержать этот важный для каждого из нас и для города проект». Более того: «готовы взять на себя функции общественной охраны объектов «Пушкинского маршрута»». Ведь «некоторые одесситы» «в начале текущего года опустились до антиобщественных поступков, провокаций и вандализма (события 13 января 2014 года вокруг Тени Пушкина)»!

Но интереснее всего – следующее: авторы письма в обращении к А.М. Бригинцу «просят разъяснить применимость к памятному знаку «Тень Пушкина» п/п. 14 и 17 ст. 5 Закона Украины «Об охране культурного наследия».

Вопросы: 1) А почему бы, собственно, приписывать Закону некоторую избирательность? 2) Как Вы думаете, читатель, что ответит Александр Михайлович Бригинец, украинский политик, советский и украинский поэт, прозаик и журналист; народный депутат Украины?

Вот и я так подумала, ответит: «Перед законом все равны!» Но…

Среди 30-ти подписантов нахожу и его имя. Как понять? Прокол, явный прокол… Неувязочка-с!

Вспомнилось: «В это может поверить только пятилетний ребенок, и то, если он не из Одессы!»

А теперь – слушайте сюда!

Бессмысленно задавать вопрос: как такое могло случиться? «Вопрос «тени» явственно, неодолимо выходит из тени». А что, если «памятный знак», в виде распятого, издевательского изображения А.С. Пушкина, брошенного под ноги, на поругание, – а не скромной памятной доски, чего-либо иного, уважительного к его Памяти, – нужен был как пробный камень, лакмусовая бумажка? Недаром же о ней так навязчиво – в программе «Оперативный центр» ТРК «Академия» 13 сентября 2013 года? Недаром же О. Борушко на своем фейсбуке 14 сентября признался: «Но все равно, конечно, нервничал <…> Слишком высокие ставки: это дорогой проект во всех значениях слова, много людей мне поверили, включая городские власти и бизнес» (курсив мой – Л.В.)

«Пипл схавал! Можно двигаться дальше!» – не так ли? Может быть, совершенно правы те, кто видят одних и тех же «вдохновителей и организаторов», субсидирующих и создание «тени», и – Евромайдан? «Тень» – лишь фрагмент ихнего «общего дела»? Антирусская, антироссийская, антиславянская, в конечном итоге – античеловеческая составляющая – всё очевиднее, увы.

Но! – Майдан – трансформируется, не заметили? Но! – Украина – не Ирландия, а Одесса – не «город-графство», как бы иным об этом не мечталось. Но! – А.С. Пушкин – не Леопольд Блум, «дублинский обыватель и еврей по национальности». И – не его сотворивший в сомнительном романе «Улисс», «квинтэссенции всего модернистского движения», запрещенном в самой Ирландии более полувека, – Джеймс Джойс.

Бессмысленно дискутировать о «спекулянтах» и «провокаторах», о «столь полезном для Одессы начинании», о «вандализме». Я уже и писала, и говорила: именно инициаторам и создателям «тени», ибо «для заказчиков они являются расходным одноразовым материалом», выгодны «великие потрясения»; «подыгрывать им не стоит», вызывая «большую волну», им необходимую: деньги надо отрабатывать!

А вот уж противникам «тени» ни в коей мере не была выгодна акция с закрашиванием её после получения ответа из Министерства культуры, где было четко сказано: нарушен Закон Украины! Мы – последовательно и неуклонно идем по пути законному.

Хотя, разумеется, трудно понять: почему для демонтажа необходимо решение сессии горсовета, а, дабы вынести этот вопрос на сессию, нужны подписи пяти тысяч одесситов. Отчего не больше или не меньше? Так записано в Уставе города? Но устав-то не Господь Бог «спустил» Одессе.

И это при том, что решение о монтаже горсовет не принимал. Более того, оказалось, что монтаж без разрешения «центральной исполнительной власти» – незаконная акция.

«Как расценить требование сбора подписей на особых листах, которые соответствующий отдел горисполкома не спешил выдавать, терял запросы, документы? Тем проигнорировано мнение многих сотен одесситов, уже поставивших свои подписи на вполне приличных, выполненных на компьютере листах. Людей, не скрывших ни имен, ни адресов-телефонов. Предлагается все начинать «по новой»?»

Трудно понять и депутатов горсовета: все 120 человек лишились одновременно своего права – и обязанности! – инициировать решения? Или – здравого смысла, человеческого достоинства, наконец, – совестливости? Попробовал В.У. Полищук – и что?

Да сколько же можно измываться над людьми? Над Памятью?!

…177 лет тому назад в муках умирал Александр Сергеевич Пушкин, смертельно раненный похотливым мерзавцем-иноземцем. О нем – 200-летний юбиляр 2014 года М.Ю. Лермонтов:

…Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что? он руку поднимал!..

Гибель Пушкина назвал «умышленным обдуманным убийством» в письме А.Ф. Орлову 2 (15) февраля 1837 года «неизвестный», в котором подозревался «священник Малов», совершавший «чин погребения». Он же настаивал на «безусловном воспрещении вступать в российскую службу иностранцам», предупреждал, что, в противном случае, «мы горько поплатимся за оскорбление народное и вскоре».

В.С. Непомнящий писал в работе «Как труп в пустыне…» о книге Абрама Терца «Прогулки с Пушкиным». Книге, которая проявила всю суть либеральствующей антирусской клики, и вызвала у автора тупоумное «изумление и возмущение тем, с какой неприязнью была принята книга в среде русской эмиграции». Прекрасный пушкинист современности, вспомнив «сильный ход» автора, не позволяющий играть в его судьбу, де – безнравственно, сказал: «В игре же в Пушкина нравственные нормы не обязательны: ведь игра-то идет <…> о совсем другом человеке, к тому же давно умершем!

Но для очень многих людей Пушкин отнюдь не является умершим человеком, после которого остались лишь его тексты; для очень многих людей Пушкин продолжает оставаться живым, и по отношению к нему обязательны нормы человеческие».

Опровергая лукавые убеждения, де – автор ведом любовью к Пушкину, Непомнящий утверждает:: «Ведь такая любовь, для объяснения в которой используется язык глумления, и которая осуществляется средствами, в обычной жизни служашими для поругания, не очень похоже на то, что люди обычно понимают под любовью. <…> Если это и любовь, то такая, которая относится к своему предмету не как к субъекту, а как к объекту, который можно употребить для своего удовольствия» (курсив автора – Л.В.)

Для своего удовольствия, для ублажения пресыщенных, блудливых толп иностранных туристов, в расчете на доллары и евро намерены УПОТРЕБИТЬ Пушкина?! И это смеют называть пользой для Одессы?! Чудовищно!!

Окститесь, остерегитесь горько поплатиться «за оскорбление народное и вскоре».

Вспомните хотя бы Эдуарда Багрицкого:

… И мне ли, выученному, как надо
Писать стихи, из трехлинейки бить,
Певца убийцам не найти награду,
За кровь пролитую не отомстить?
Я мстил за Пушкина под Перекопом,
Я Пушкина через Урал пронес,
Я с Пушкиным шатался по окопам,
Покрытый вшами, голоден и бос.
И сердце колотилось безотчетно,
И вольный пламень в сердце закипал
И в свисте пуль за песней пулеметной
Я вдохновенно Пушкина читал!

К Пушкину Багрицкий и его близкие друзья-одесситы относились благоговейно: «Когда мы проходили мимо дома, где жил Пушкин, – вспоминает Валентин Катаев, – мы молча снимали шапки».

Что бы сказали они авторам, сторонникам «памятного знака»? Так долго и мучительно «решающей вопрос» одесской власти?

Что бы сказал Максимилиан Волошин – в конце января исполнилось 95 лет его приезду в Одессу, четырехмесячному пребыванию? Мечтавший, дабы кишиневский молодой человек по имени Кириенко-Волошин, водивший Пушкина в цыганский табор, был его предком. Написавший:

Эти пределы священны уж тем, что однажды под вечер
Пушкин на них поглядел с корабля по дороге в Гурзуф…

А – Вера Инбер, блокадница, потрясенная случаем: человек не мог и под бомбежкой оставить на произвол книги Пушкина? –

…В больнице долго он, без сил,
Лежал, как мертвый, на подушке.
И первое, что он спросил,
Придя в сознание: «А Пушкин?»

И голос друга, поспешив,
Ему ответил: «Пушкин жив».

Многие и многие сотни, тысячи, сотни тысяч поэтов, писателей, профессоров и академиков разных областей, простых, честных людей – что сказали бы они?

Стараюсь услышать. И – вслед за ними, за Мариной Цветаевой:

…То-то к пушкинским избушкам
Лепитесь, что сами – хлам!

Уж простите.

Честь имею!

Людмила ВЛАДИМИРОВА

3-4 февраля 2014


Рубрики: ""Главные новости, Людмила Владимирова, Одесса новости, Приморский район г. Одесса, Статьи об Одессе · Метки: , ,

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.